Между банком и ответчиком был заключен кредитный договор. В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств образовалась задолженность, которую истец просил взыскать с ответчика.

Судом первой инстанции установлено, что банком на имя ответчика был оформлен кредит в размере 341 000 руб. на 13 мес. под 17 % годовых. Кредитный договор был подписан простой электронной подписью заемщика. На момент поступления иска в суд ответчик задолженность с процентами, в общей сумме 351 943,99 руб., не вернула.

В судебном заседании ответчик и его представитель иск не признали.

На основании заявления ответчика было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленного лица. Было установлено, что ответчику позвонил неизвестный мужчина, представился сотрудником оператора сотовой связи и попросил продиктовать код, который она ему и сообщила. Позднее ответчику вновь позвонил мужчина, представился сотрудником МФЦ, рассказал, что проходит перепись населения, для чего необходимо назвать свои ФИО, паспортные данные, адрес регистрации, что она и сделала. Впоследствии ответчик на сайте «Госуслуги» обнаружила, что в дату поступления указанных звонков на ее имя был оформлен кредитный договор, а также кредитная карта с лимитом в 84 000 руб., в тот же день кредитные денежные средства были списаны со счета ответчика, открытого злоумышленниками в ином регионе, на счета иных лиц. Узнав об этом, ответчик сразу же обратилась в правоохранительные органы.

В определении Конституционного Суда РФ от 13 октября 2022 г. № 2669-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Юшковой К.А. обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц). Кредитный договор, заключенный от имени клиента путем его обмана или в результате иных неправомерных действий третьих лиц с использованием мобильного приложения банка, является ничтожным.

Применив положения п. 2 ст. 168 ГК РФ, постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25, обзоры судебной практики ВС РФ от 24 апреля 2019 г. № 1 и от 25 апреля 2025 г. № 1, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд первой инстанции в удовлетворении иска отказал.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия оставила данное решение без изменения. Судебное решение вступило в силу.