В конце мая 2025 года истцу сообщили, что ее ребенок в детском саду получил травмы от того, что толкнул стеклянную дверь в группе, от чего разбилось стекло. В центральной районной больнице ребенок был прооперирован вследствие полученных резаных ран, после чего санавиацией был направлен в Республиканскую ДРБ, где проходил лечение, а в середине июня был выписан на амбулаторное лечение.

Истцы просили взыскать с детского дошкольного образовательного учреждения в интересах несовершеннолетнего компенсацию морального вреда в сумме 700 000 рублей, а в пользу истцов компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей.

Суду первой инстанции истец пояснила, что после полученных травм ребенок испытывал сильную боль, поскольку в период лечения ему проводилось множество медицинских манипуляций. У ребенка появился страх при виде осколков стекла, он боялся идти в детский сад. Они намерены обратиться к психологу. Пояснила, что только воспитатель волновалась о состоянии ребенка, от заведующей детским садом извинений не последовало даже после того, когда была направлена претензия. Семья претерпела нравственные страдания, поскольку испытывала сильные переживания по поводу состояния здоровья ребенка.

В развитие положений гражданского законодательства в абзаце 3 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется, что в случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в образовательной или медицинской или иной организации, осуществлявших за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

В ходе судебного заседания установлено, что вред малолетнему был причинен в период его нахождения в детском саду, то есть тогда, когда несовершеннолетние должны находиться под надзором образовательного учреждения. Данные обстоятельства стороной ответчика не были опровергнуты. На основании положений пункта 3 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации дошкольное образовательное учреждение обязано отвечать за вред, причиненный малолетнему, поскольку учреждение не осуществляло должным образом надлежащий контроль за воспитанником в период его пребывания в МДОУ, вина ответчика в данном случае презюмируется. Каких-либо допустимых доказательств, подтверждающих отсутствие вины в причинении вреда малолетнему, свидетельствующих о надлежащем осуществлении сотрудниками МДОУ контроля за малолетним, исключение ситуаций, которые могут привести к причинению вреда здоровью, не представлено.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, личность потерпевшего и его малолетний возраст, характер полученных травм, отсутствие тяжелых последствий полученной травмы, продолжительность нахождения на лечении, изменение привычного образа жизни ребенка в его возрасте, подразумевающего различного рода активности, учитывая отсутствие действий со стороны ответчика, направленных на принесение извинений и возмещение вреда истцу, а также требование разумности присуждаемой суммы и обстоятельств дела, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.    

В пользу истцов, действующих в интересах малолетнего, суд взыскал компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей, кроме того, в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия решение Питкярантского городского суда Республики Карелия оставлено без изменения и может быть обжаловано в кассационном порядке в установленный законом срок.